English

Верховный Суд Российской Федерации определил, что гражданин ограничен в свободе выбора псевдонима. Такой выбор не должен вводить в заблуждение относительно тождества авторов.

Верховный суд опубликовал первый в этом году обзор судебной практики, в который вошло определение суда по делу №5-КГ17-102. Разумовский Феликс Вельевич обратился с иском к ООО «Издательская группа «АЗБУКА-АТТИКУС» и Рубяжеву Евгению Александровичу с иском. Истец просил признать нарушение прав на имя, запретить ответчикам его использовать, опубликовать решение суда, которое защитит его права, и компенсировать моральный вред. Нарушение прав выражается в том, что третьи лица отождествляют авторов и связывают литературные произведения. Ложное представление об истце и его творчестве причиняет Разумовскому Ф.В. моральный вред.

Разумовский Ф.В. – российский историк, писатель, ведущий авторских телепередач «Кто мы?» и «Дело N» на телеканале «Культура». Рубяжев Е.В. – автор 28-ми фантастических романов, публикующийся под псевдонимом «Феликс Разумовский» с 1996 года.  Оба гражданина занимаются творческой деятельностью и пишут книги. Некоторые интернет-магазины книг размещают рассматриваемых авторов под одним именем, что только усугубляет ситуацию.

Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении иска. По мнению судов, истец не представил достаточных доказательств, что он обладает исключительными правами на имя «Феликс Разумовский». Имя является средством индивидуализации и не предполагает запрета неограниченному кругу лиц пользоваться им.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила акты нижестоящих судов и направила дело на новое рассмотрение. В основу определения судебной коллегии легли положения статьи 19 ГК РФ. Суд определил, что использование имени другого лица, как псевдонима, возможно при соблюдении двух условий: 1) на это получено согласие обладателя имени; 2) в результате использования не причиняется вред. По мнению судебной коллегии, нижестоящие суды не дали правовой оценки дискредитации истца в глазах третьих лиц. Суды не учли, что запрет на использование чужого имени также связан с дезориентацией неопределенного круга лиц относительно тождества граждан, осуществляющих творческую деятельность под одними и теми же именем и псевдонимом. Суды ошибочно отнесли право на имя к объектам исключительных прав.

По мнению юристов РКТ, при новом рассмотрении дела суды должны тщательно исследовать, отождествляют ли в действительности пользователи сети «Интернет» и иные третьи лица истца и ответчика, как авторов. Несмотря на видимое сходство имен, первая страница результатов поиска демонстрирует, что это – разные лица.

https://vsrf.ru/documents/practice/26591/